ОДА ПРОМЫВАЛЬНОМУ ЛОТКУ

  Лоток промывальный, он же шлиховальный, заслуживает оды потому, что с его помощью открыто большинство месторождений золота, платины, алмазов, олова и многих других. Когда и где его начали применять, неизвестно. Во всяком случае, на рисунках, сохранившихся со времен Древнего Египта, уже показано, как ведут промывку в тыквообразных сосудах.

  Постепенно при разработке месторождений получили распространение иные, более производительные методы — промывка измельченной руды на наклонных столах отмечена в описании золотого рудника эпохи Птолемеев. На фабриках, которые когда-то называли толчейными, промывальными, а теперь именуют обогатительными, лоток (чаша, ковш) издавна применялся для «доводки» измельченных руд.

  В России использование лотка для такой цели началось при Петре I. Путешествуя инкогнито в 1697 г. в составе «Всевеликого посольства», Петр I — он же Петр Михайлов — очень интересовался горным делом, знакомился с рудниками и коллекциями в Польше, в немецких княжествах и особенно в Англии.

По-видимому, при ознакомлении с оловянными рудниками Корнуолла Петр I увидел, как с помощью лотка ведут опробование руд, и в записной книжке отметил: «Всякую руду перво истолочь и потом, положа в лоток и налити воды, толкать в один конец, чтоб руда села на дно, и потом воду слить с землей, а материю высушить».

Применение лотка для обработки уже найденной руды отнюдь не главное. Он незаменим при поисках минералов, которые отличаются по тяжести от других, им сопутствующих. С помощью лотка практически в любом месте осуществляется экспресс-анализ (если нет воды, ее возят с собой в бочке). При промывке проба обогащается в сотни раз. Это позволяет получить представление о содержании ценных минералов в рыхлом наносном слое, а косвенно — ив сопряженных с ним коренных породах.

Продвигаясь снизу вверх по долинам рек и склонам гор, промывая на лотке пробы, постепенно выявляют богатый участок, почти как в детской игре «холодно — горячо». Результаты опробования наносят на карту, отмечают, где, какие и в каком количестве встречены ценные минералы, затем оконтуривают ореолы их распространения, выделяют перспективные площади для продолжения работ. Нередко все эти стадии поисков сливаются в одну — шлихи сразу приводят к месторождению.

Роль лотка в открытии золотых богатств так велика, что он заслуживает не только оды, но и краткого более необходимого, что бытует ошибочное представление о крайней простоте его применения.

Лотки различной формы и размера выдалбливают из дельного куска березы, кедра, ветлы, а в последнее время стали изготовлять из дюралюминия с шершавой внутренней поверхностью или из пластмассы с рифлениями на рабочей плоскости. Размер лотка подбирают так, чтобы в нем помещалось 0,01 м3 разрыхленной породы, это об­легчает последующие расчеты содержания полезных минералов (в г/м3).

Выбор типа лотка определяется целью работ. При поисках золота обычно применяют лоток сибирский — плоскую чашу. В нем наиболее быстро удается получить черный шлих, отделить золото, но трудно удержать другие, более легкие минералы. Если надо сохранить в пробе все минералы, которые тяжелее породообразующих и имеют плотность более 2,5, применяют лотки других типов.

Первая операция при промывке — замачивание и перемешивание пробы; осторожно, не вынимая из воды, ее перемешивают железным гребком. При этом легкие глинистые частицы взмучиваются, их уносит вода. Одновременно руками отбирают гальку и щебень, тщательно их осматривают — ведь в каждом можно пропустить самородок.

Когда в лотке останется только чисто промытая песчаная фракция, лоток слегка наклоняют от себя, придают ему возвратно-поступательное и одновременно качательно-круговое движение, что заставляет воду в лотке активно перемещаться. Зерна минералов распределяются по удельному весу: тяжелые оседают в углублении центральной части лотка, а легкие постепенно перемещаются к его краю и, срываясь, медленно погружаются в воду. Вместе с ними легко упустить и рудные минералы. Поэтому время от времени лоток останавливают, приводят в горизонтальное положение, а затем снова, энергично встряхнув под водой, продолжают промывку до тех пор, пока не останется легких частиц.

Самой ответственной операцией является доводка шлиха — с ней связаны наибольшие потери. Обычно ее производят в специальных легких лотках или в ковше. Нужен навык, чтобы под водой качательно-круговыми движениями взмутить шлих, заставить отделиться остатки легких минералов, слить их с водой. Как правило, промывку останавливают на сером шлихе, чтобы не упустить ценные, но не очень тяжелые минералы: алмаз, титанит (плотность их до 3,5).

Предел устанавливают обычно по ярко-красным зернам граната. Когда они начинают уплывать, промывку прекращают. При поисках золота, платины, а также оловянного камня и вольфрамита можно мыть до черного шлиха — лишь бы не упустить эти минералы. От квалификации промывальщика зависит очень многое. Поэтому на работу принимают с таким испытанием: в пустой песок подбрасывают  одну-две золотинки, если не упустит, значит — мастер. Должен он уметь сделать хороший лоток, сохранять его целым и чистым в трудной походной жизни: тончайшая жировая пленка резко увеличивает потери рудных минералов.

Когда началось применение шлихового метода и его главного инструмента — лотка, установить вряд ли возможно. Легче выявить, где и когда этот метод не применялся. Перечисление заняло бы много места, поэтому отметим лишь самое важное для решения загадки — в России при поисковых работах ни лоток, ни шлиховой метод практически не применялись до 20-х годов XIX в. А так как в России работало много специалистов из Западной Европы, приходится заключить, что и там этот метод не использовался. Поэтому удивление, вызванное действия­и Брусницына, было вполне естественным — он применил новинку.

Современник Брусницына, известный специалист, «берггауптман 5-го класса и кавалер, императорской С.-Петербургской Академии наук корреспондент и разных ученых обществ член» — Григорий Спасский издал в 1841 г. «Горный словарь», в котором отмечал, что промывальный лоток был введен в употребление в конце XVIII в. на Алтае «покойным обер-берггауптманом Ильманом для рудоискательских партий к отмывке из песков золота, но сначала, как говорят, по разным противодействиям, а после, может быть, по невнимательности к этому простому и легкому способу не имел успеха».

Применение лотка, считает Спасский, «могло бы привести к открытию золота на Урале и в Сибири почти на полвека прежде того времени, как начали его добывать из песков». По существу Спасский прав, но срок опоздания им определен в полвека без основания и явно преуменьшен. Если бы лоток применяли еще во времена Ивана III, когда начали поиски на Урале, вероятно, золото не осталось бы незамеченным, и вся история его открытия началась бы не с коренных жил, а с россыпей. То, что в конце концов россыпи на Урале все же обнаружили, Спасский связывает с тем, что «в 1816 году были еще там люди, обученные Ильманом действию на промывальном лотке».

Если дело только в этом, то непонятно, почему ни сам Ильман, ни обученные им люди ничего полезного сделать не сумели гораздо раньше.

Причины этого мы попытаемся объяснить в дальнейшем, а здесь лишь отметим, что Брусницын отошел от предписанных приемов обработки проб, и это нарушение во многом определило его необычную судьбу.

Полный текст книги “Загадка русского золота”

ОДА ПРОМЫВАЛЬНОМУ ЛОТКУ
Пролистать наверх